На Олимпиаде в Пекине одна из главных плавательных надежд Украины Ирина Амшенникова превратилась в одно из главных разочарований. А как, на первый взгляд, оценить непопадания даже в полуфиналы на дистанциях 100 и 200 м на спине? Впрочем, сама спортсменка заверяет, что показатели украинских пловцов в китайской столице стали следствием деятельности или, правильнее сказать, бездеятельности отечественных спортивных функционеров и чиновников из плавательной Федерации. С Ириной трудно не согласиться.

Беседа состоялась в Запорожье во время организованного Денисом Силантьевым международного турнира "Мистер Баттерфляй". На нем Амшенникова стартовала в единственном заплыве – на 50 м на спине, и заняла в нем первое место.

– Ирина, признаться, не ожидал увидеть вас на дорожке уже через два месяца после неудачи на Олимпиаде…
– Мне было интересно поучаствовать в одном из первых турниров со статусом международного, который проводится у нас дома. Неожиданно для меня в Запорожье приехало много серьезных спортсменов. Тем более, я в этом городе живу. Так почему бы не прийти, не постараться и в очередной раз не победить?

– После Пекина вы вели хоть какую-то подготовку?
– Глядя на результаты, показанные сильнейшими пловцами на Олимпиаде, я сильно задумалась над смыслом продолжать выступления вообще. В Украине, как оказалось, недостаточно спортивных баз, научного подспорья и, в первую очередь, бассейнов, для того, чтобы соревноваться на тех скоростях, которые сейчас показывают в мире. Чтобы опять завоевывать медали на таком высоком уровне, всей Украине стоит задуматься над тем, что что-то у нас делается не так. Впрочем, сейчас плавание у нас в стране довели до такого состояния, что мы рискуем потерять его как вид вообще. Мне, как спортсменке, стоявшей на пьедесталах чемпионатов мира и Европы, это очень обидно. Конечно, для себя я еще тренируюсь, но стимула вести серьезную работу уже не хватает.

– Вы правы, результаты в мире выросли до феноменальных. Но вы на коронной стометровке на спине не только не проплыли по своему времени, а преодолели дистанцию хуже своего лучшего показателя практически на две секунды. В 2007-м на чемпионате мира в Мельбурне вы установили личный рекорд 1.00,79, в Пекине же проплыли те самые 100 метров за 1.02,85…
– Вы просто не знаете, как мы готовились к Олимпиаде. У любого человека, поработай он в наших условиях, не осталось бы сил не то что на рекорды, а даже на то, чтобы банально хорошо себя чувствовать. У меня лично есть повод для недовольства. На самом деле, после сбора во Владивостоке я ожидала такого результата. Когда я спросила начальство – почему мы готовимся в таких ужасных условиях, давать ответ мне никто не спешил и не дал его по нынешний день. Конечно, у них свои материальные проблемы, но страдают из-за них спортсмены.

– Может, пловцам есть повод наконец сказать всю правду, а не отмалчиваться?
– Начнем с того, что дома нет ни нормального бассейна, ни нормального тренировочного зала. В мой план подготовки к Олимпиаде были внесены конкретные сборы и соревнования. Но провести запланированную работу я не смогла. Как вы понимаете, не по своей вине. Бывали случаи, когда в конце сбора меня просто не пускали в бассейн. Потому что возникли разногласия с начальством. Одним словом, получилась целая эпопея, повлиявшая как на мое психологическое состояние, так и физическое. Дошло до того, что в основной момент, когда тренироваться нужно было с повышенным упорством, у меня просто отпало желание что-то делать. Не потому, что ленивая или вредная, а потому, что руки опускались. Думаю, на моем месте такие чувства испытывал бы каждый. Проблемы передо мной возникали на ровном месте.

– Процитирую вам высказывание главного тренера сборной Ивана Сивака: "Ира Амшенникова – девочка с характером. Но талантливым людям нужно идти на уступки, потому мы сделали все, как просила Ирина. Даже позволили ей находиться на сборах с новым ухажером. Но в итоге Амшенникова даже не приблизилась к рекордным для себя результатам как на 100, так и на 200 метров на спине"…
– Да, я читала то интервью. Порадовалась, что нам были созданы все условия для плодотворной подготовки к Играм. Но все скромно умалчивают, что мы, например, не могли нормально питаться. Во Владивостоке даже уснуть толком не было возможности, ведь в комнате стояла страшная духота, а кондиционеры там не установлены. Вспоминаю то время, словно какой-то ужасный сон. Единственным оплотом действительно был мой молодой человек. Максим собрал последние деньги (а это 3000 долларов, что сильно ударило по его карману), чтобы хоть как-то меня поддержать. Своему любимому я очень благодарна за это, ведь если бы не он, мое состояние в Пекине было бы еще хуже.

Много гадостей обо мне наговорил и вице-президент Федерации плавания Украины Андрей Власков. Не ожидала, что о спортсмене моего уровня можно говорить такие вещи. Андрей Анатольевич – человек абсолютно посторонний. Это мы, побывав в той кухне и пройдя испытание подготовкой, можем, так сказать, себя оправдывать. Точнее, это вы можете подумать, что мы себя оправдываем. Господину Власкову не интересно слушать какие-то оправдания. Ему они не интересны. Он знает, что создал условия и требует результат.

– Может, после таких высказываний стоит последовать примеру биатлонистки Елены Зубриловой и поменять гражданство?
– Я хочу поддержать тех людей, которые искренне хотят помочь нашему виду спорта, а не преследовать свои цели. Хочется, чтобы плавание вернулось на былой уровень. При соответствующем подходе это можно сделать. У нас масса высококлассных тренеров, умеющих подготовить спортсменов. Если даже в таких условиях они умудряются давать результат и находят слова, чтобы заставить спортсмена работать – это специалисты высшей категории. А те, от кого наша судьба зависит, к плаванию относятся наплевательски.

Приведу вам такой пример. Один из наших министров спорта (не буду называть его фамилии, потому что вся эта история мне неприятна) приехал к нам на сборы и говорит: "Тут такой-то футбольный клуб будет проводить игру. Заодно я и к вам заскочу". На самом деле, играли команды, занимающие надцатые места в турнирной таблице. Оказывается, они главное, а мы, пловцы, чемпионы мира и Европы – второстепенное. Но когда наступает время Олимпиады, чиновники заявляют один наперед другого: "Вы должны выиграть, вы обязаны!"

Давайте по совести: если по финансированию футбол, теннис, бокс на первых местах – то с них и требуйте. А мы возьмем то, что получится. То, что возможно взять в наших условиях. Но мотивации, повторюсь, у нас нет. Мы не чувствуем внимания, отдачи, плодов нашей работы. Наша жизнь – это бассейн, столовая и комната гостиничного номера. Все. Конечно, когда подымаешься на пьедестал, хочется, чтобы тебя отблагодарили.

– Вы готовы дать прямой ответ на вопрос: "Остаетесь ли в спорте или нет"?
– Пока не готова. Хочу остаться, но не вижу мотивации. Если кто-то меня заинтересует – останусь. Я человек с самым высоким званием в украинском спорте, мне хочется соответствующего отношения. Поэтому не хочу, чтобы нами швыряли. Лучше уйти с высоко поднятой головой, чем дожидаться, когда тебя начнут выживать. У нас таких примеров полно.

– Вы строили какие-то ближайшие жизненные планы?
– Обычные планы молодой девушки – хочется обустроить свою жизнь.

– Выйти замуж?
– Такого стремления нет. Конечно, это хорошо, но не нужно торопить события. Мы с Максимом уже давно вместе, у нас все хорошо, слава Богу. Нужно сделать ремонт в квартире. А там пора и о детях подумать.

– Вы остаетесь в Запорожье?
– Поскольку Максим из Запорожья, я остаюсь здесь. Но не могу сказать, что после такой длительной карьеры ухожу со спокойным сердцем и полными карманами денег. У меня нет уверенности в том, что через какой-то промежуток времени смогу спокойно перейти к другому виду деятельности. Обидно, что даже заработать на какие-то элементарные вещи, добыв столько медалей, я не смогла. Единственный, на кого я могу положиться – это на Максима.

– Чем он занимается?
– Максим развивается, я в него очень верю.

– Он бизнесмен?
– Он хороший человек. Молодой, со стремлением, у него все получится.

– У вас были довольно длительные отношения с Андреем Сердиновым. Говорят, расстались вы болезненно. Опять же, цитата с интервью Ивана Сивака: "После размолвки с Ирой Амшенниковой Андрей перенес тяжелую психологическую травму. Такую, что даже хотел бросить спорт. Мы отговаривали его, но спортсмен был непреклонен: "Мне сейчас не до спорта". Как следствие, у Сердинова выпал фактически весь третий год подготовки к Олимпиаде"…
– Хочу вам сказать, что у нас с Андреем нет обид друг на друга. При встрече мы нормально общаемся. Расстаться – это было наше общее решение. Нас никто к этому не подталкивал. К этому нас привела жизнь, возраст. Мы разошлись, пожелав друг дружке удачи и счастья. Поэтому я не думаю, что Андрей хотел из-за меня бросать спорт.